В Гоби далеко видно. Стадо на горизонте, пыль над дорогой, человека, который возвращается домой. Но разглядеть ловушку в сотнях страниц инвестиционного договора оказалось гораздо труднее. В 2009 году сюда пришли с обещаниями большого будущего. Под нашей землёй лежали медь и золото. Казалось, теперь богатеть будет и Монголия. Государство получило 34% проекта Оюу-Толгой. Только за эту долю предстояло расплачиваться заёмными деньгами. А рядом с рудником скотоводам приходилось отстаивать то, чем они пользовались всю жизнь: пастбища, колодцы, доступ к воде. Монголия сопротивлялась. Скотоводы собирали жалобы, выбирали переговорщиков, добивались компенсаций. Активисты выходили на площади. Депутаты требовали пересмотра сделки. За 17 лет удалось добиться соглашений с жителями, списания 2,4 миллиарда долларов долга государственного акционера и новых финансовых уступок. Каждую из них приходилось выгрызать зубами — и ещё следить, чтобы обещанное исполнили. Больно писать об этом как об очередном «кейсе». Это наша страна. Здесь растут наши дети. К октябрю 2026 года первые дивиденды Монголии ещё не поступили. Медь вывозят, ожидание продолжается. А нам нужно знать, что останется дома, когда за последним грузовиком осядет пыль.
Октябрь 2009 года, доля с долговой петлёй. Правительство Монголии, Ivanhoe Mines и Rio Tinto подписывают соглашение по Оюу-Толгой: 66% — частным акционерам, 34% — государству. Но государственную долю финансируют за счёт займа. Вместе с обещанием доходов Монголия получает долговое обязательство. Весной 2010-го участники протестов объявляют голодовку. Среди требований — пересмотр сделки. Большое будущее начинается со спора о том, сколько нам будет стоить участие в разработке собственной земли.
В 2012 году 37 скотоводов Ханбогда подают жалобу в международный механизм CAO: переселение, недостаточные компенсации, потеря пастбищ и доступа к воде. В 2013-м следует новая жалоба — из-за отвода русла священной реки Ундай. Жители боятся потерять источники, от которых зависит их жизнь. В Гоби нельзя просто перейти к соседней реке. Когда воды не хватает, это чувствует каждая семья — задолго до того, как появится очередной отчёт.
Скотоводы выбирают своих представителей, собирают документы, добиваются исследований. В 2015 году компания приносит извинения за недостатки консультаций по отводу Ундай и источнику Бор-Овоо. Создаётся трёхсторонний совет жителей, местной власти и компании. В 2017-м подписаны два соглашения. В них более 60 мер: компенсации, колодцы, поддержка хозяйств, образование. Люди добились места за столом, где решается судьба их земли. Теперь предстояло заставить договорённости работать.
В 2018–2019 годах парламент проверяет условия проекта и требует изменений. Страна пытается ослабить петлю. В январе 2021-го депутат С. Ганбаатар объявляет голодовку, добиваясь обращения в международный суд. Правительство ведёт переговоры о долге и расходах. В январе 2022-го согласовано списание 2,4 миллиарда долларов долга государственного акционера. Можно выдохнуть. Но остальные долги проекта никуда не исчезают, и деньги на счета Монголии от одного этого решения не приходят.
В январе 2022 года скотоводы вновь протестуют у рудника – обещанную помощь задерживают. В конце 2024-го общественники требуют увязать новые кредиты с выполнением соглашений 2017 года. За это время дети успевают подрасти. Родители всё ещё добиваются исполнения тех же обещаний. Сколько раз человек должен приходить за тем, что ему уже согласились дать?
В 2025 году парламентская комиссия собирает 92 462 страницы материалов по проекту. Слушания, проверки, свидетели — условия Оюу-Толгой разбирают по частям. Парламент требует обеспечить Монголии не менее 53% совокупной экономической выгоды, включая налоги и дивиденды. Это требование, исполнение которого ещё предстоит отстоять. За всей горой бумаг стоит вопрос – почему богатство под нашими ногами так трудно превратить в достойную жизнь?
17 июня 2026 года активисты перекрывают дорогу, по которой вывозят медный концентрат. Поток грузовиков останавливается. Одновременно продолжаются переговоры. К концу июня согласовано снижение ставки по акционерному займу, ранее достигнута предварительная договорённость о сокращении управленческих платежей. Общественные организации требуют защиты воды и безопасного хранения отходов. Борьба идёт и за деньги, и за землю, на которой нам жить после рудника.
Осенью 2026 года ориентир первых дивидендов сдвигается на 2027-й. В октябре люди снова выходят на площадь Сухбаатара: требуют направить ожидаемые деньги непосредственно гражданам. Правительство отзывает законопроект об их расходовании на инфраструктуру, но прямые выплаты пока не утверждены. К 26 октября дивиденды ещё не поступили. Семнадцать лет – слишком большой кусок человеческой жизни, чтобы заполнить его ожиданием. Мы хотим увидеть обещанное своими глазами. И передать детям землю, на которой они смогут остаться.
